kagero_iya (kagero_iya) wrote,
kagero_iya
kagero_iya

"Горе без ума" в театре у Никитских ворот

Когда на высокой ступеньке лестницы на сцене показалась длинная ножка безупречной формы,
а потом - белые одежды и черные локоны, тогда и начался этот спектакль.
Жизель, явив нам свой воздушный призрачный облик, и завершив приветственный батман тандю, стала Лизанькой, живой, легкой, игривой, все верно, и по тексту, но внешностью на горничную не похожей. Изящество, выдающееся благородство движений, нежное лицо Яны Прыжанковой. К такой прислуге еще нужно привыкнуть в нашем колхозе.



Фамусов – Александр Масалов – идеальный Фамусов
Барин, вельможа, или просто хамовит, в силу властности или подверженности моде, всех он принимал в халате и подштанниках, всех - от Чацкого до Скалозуба, тем чувства оскорбив любого, включая чувствительных зрительниц –дам. Мы



– а не удлиненные трусы.
В остальном, Фамусов более чем пригодный, хотя и не в амплуа «благородного отца», как бы хотелось каждому. Грибоедов это амплуа осмеял жестко.

Молчалин – оо, премилый симпатяга. Станислав Федорчук – тоже.
И, кстати, прежде чем начать бросаться камнями в карьериста и подлизу, вспомним, что в большинстве книг о власти и политике молчание воспевается как благородная добродетель.
Софья – не глупа.
И, кстати, Софья – Линда Лапиньш.
Очаровательна и умна. Белые кудри, очки, вся – эмоциональность и порыв, 17 лет ведь.
Актриса – красива и романтична, но и соперника Чацкому сыграла убедительно. Так его!

Чацкий – Кирилл Парастаев.
Внешне – чисто Герцен.



На Чаадаева не похож.



Но это ничего – одного поля ягодки. А вот и важная проблема. Костюм! – «Второй Чадаев, мой Евгений, в своей одежде был педант»
Или прямее: со слов дочери Раевского –Екатерины:» он является «неоспоримо (…) и без всякого сравнения самым видным (…) и самым блистательным из всех молодых людей в Петербурге».
Помимо того, что он был весьма образован, имел отличные манеры, но и «возвел искусство одеваться (…) почти на степень исторического значения» . Его дружбы искали и ею гордились.
Так что приодеть бы Чацкого как прототипа Чаадаева достойно, ведь он такие монологи произносит, столь пылкие, что штаны могут свалиться. И это уж будет не комедия, а цирк.
В течение действия за стулом прячется опять же, и вообще шустрит по сцене будь здоров.
А еще убедительно демонстрирует ум и чувства; но роль актер так преподносит, что жалко Софью всем, а не его.
Музыка к спектаклю – вальс Грибоедова, естественнейший выбор, скучно, но подходит.

Загорецкий – Давиденко – фееричен, розовые очки, короткие ножки, проникновенный взгляд. Есть место отдыху от философии протеста.
В финале злая сатира Грибоедова проходится катком асфальтовым по Репетилову – Сарайкину Денису, но тот – такой многословный, резиновый, жить будет, ничего.

Что можно тут сказать в конце всей этой речи – было волнующе, соприкоснулась с вечным.
И радость получила - всем спасибо за искусность,





и грусть -  они же никогда не исчезнут, все эти типажи, они – незыблемы, и  не как ход светил на небе, а как закон всемирного тяготения.

Только второй Большой Взрыв мог бы поправить дело радикально..
Но зачем. Это же люди, которых Чацкий «люди-звери» называет,  - они просто безумные, давно сошли с ума,и слишком преданы несовершенству.

Спасибо сообществуmoscultura, и лично tushinetc
 за приглашение

и театру У Никитских ворот

сайт Москультура
проводник в мир культурынй и около.
Tags: Театр
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments